Нарушая границу РФ в Πόντος Ἄξενος («негостеприимное море» др.-греч.)


Первое: за совершенное преступление автор уже понес наказание предусмотренное ч.1ст.322УК РФ Второе: путешествия научили автора уважать законы окружающего общества, какими бы странными они не казались. Третье: законы должны работать на людей, если только люди не хотят причинять насилие и наносить вред Нашей планете.

Наступило утро. Первый раз Астрид попала в нечто похожее на шторм. За бортом метались волны и срывался дождь, а в каюте был полный бардак: крен и качка разбросали по салону вещи, на камбузе разбился стакан, легкие пайолы слетели со своих мест и под ними обнаружились плавающие в трюме овощи. Но хуже всего пахла забытая, недоеденная курица Осиповича. Алекс посмотрел в ручной GPS, в который накануне была занесена точка с координатами Свирского пляжа в Лазаревском. Дистанция была уже существенная. Пока Алекс спал, Астрид вышла за территориальные воды. «Ну что же – подумал моряк – после обеда разверну яхту к берегу и ночью снова окажусь в двенадцати мильной зоне. Никто и не заметит.» Но к обеду капитан почувствовал что меньше всего хочет возвращаться обратно. Его терзали сомнения. «С одной стороны, если уйти сейчас без положенных в этой стране пограничных и таможенных процедур - это преступление против государства, с другой, – взвешивал Алекс – если я вернусь, то собрать денег и подготовить Астрид как мы планировали с Димой накануне, теперь, осенью уже слишком поздно. Она простоит всю зиму на кильблоке, а затем наступит лето и найдутся причины работать весь следующий сезон… Нет, достаточно я любовался горизонтом с берега! Нужен решительный шаг!»

Первое что должен проверить капитан - это запас воды. В стационарном шестидесяти литровом баке ее уже не было. Набранная еще в Ростове и уже прокисшая вода осталась в десятилитровой канистре, другая такая же емкость была полна на половину. «Как я мог допустить такое?» - думал Алекс рассматривая зеленые хлопья. Пахло отвратительно, капитан попробовал на вкус – «Беее! Кажется я где то слышал, что на каравеллах в воду добавляли ром чтобы не прокисала». Алекс плеснул в канистру немного самогона. Вкус стал еще противней.

Из еды кроме овощей и объедков курицы капитан обнаружил несколько «дошераков», спагетти, рис, овсянка и одна банка тушенки! Поскольку готовить что то в такую качку не было ни сил ни желания, Алекс съел тушенку и попытался устроится поудобнее на шконке. Капитан знал, что в этом районе столкнуться с другим кораблем шансов мало, автопилот надежно держит курс и только удары волн о корпус беспокоили моряка больше всего. Иногда Алекса подбрасывало на шконке и он хватался за что ни будь, что бы не оказаться головой в трюме. Под одним фоком Астрид буквально летела вперед, иногда она как будто зависала на мгновение в вверху, а потом с грохотом обрушивалась вниз, корпус сотрясался от форштевня до ахтерпика.

Ночью шквалы стали крепче. На верху в кокпите было по настоящему страшно. Ливень бил горизонтально. Уже под зарифленным фоком крен был такой, что капитан стал вслух отдавать себе приказы «Держаться! К повороту!» Ветер зашел и нужно было крутить поворот фордевинд. Алекс отобрал румпель у Иван Иваныча и когда корма пересекла линию ветра, парус так сильно хлопнул на новом галсе, что по мнению капитана только надежный лейбл North Sails не дал ему разлететься на лоскутки.

На следующий день волны стали больше но ветер дул слабее. В условиях плохой погоды капитан решил не приближаться к Турецкому берегу. Стационарным картплотером экипаж пользовался последний раз в Балтийском море, других карт в нем загружено не было. На бумажных картах был нанесен шведский берег и еще имелся атлас Волгоградского водохранилища. Вся навигация какая имелась в распоряжении капитана - это была точка в GPS, знание о кратчайшем расстоянии от Сочи до Трабзона и представление о форме моря. Трое с половиной суток Астрид двигалась на юго-запад по генеральному курсу, затем капитан увидел пустой берег без поселений.

Погода улучшилась, светило солнце, турецкие рыбаки на баркасах прошли мимо желтой яхты. Алекс помахал им рукой и повел Астрид вдоль берега на запад. Рыбаки напомнили ему о лежащем без дела спининге и через некоторое время путешественник вытащил на трех крючках рыб. На заходе солнца Алекс увидел город. «Трабзон или Самсун?». Однажды Алексу уже приходилось видеть Трабзон с моря. «Такие же горы, аэропорт слева, но нет это не может быть Трабзон -размышлял капитан – иначе GPS показывает неверную дистанцию и пеленг.»

Путешественник не переживал за формальности как в России, пограничники не охраняют этот берег, но все же, Алекс решил пока воздержаться от стоянки в маринах – судовая касса была пуста. Алекс бросил якорь прямо напротив городской набережной. Утром капитан услышал что кто то купается возле его яхты. Это были пять турецких мужчин, они говорили на своем языке. «Дую спик инглишь?» спросил у людей кэп, но те только смутились. Алекс подумал что это могло звучать так же нелепо как и на другом берегу, где купаются русские отдыхающие и знать не знают никакой «инглишь».

-Самсун? - спросил он тогда.

-Самсун. - подтвердили купающиеся.

-Сэнк ю! – ответил Алекс и помахал рукой.

Затем капитан начал осознавать, что вообще происходит. Итак, несколько дней назад он стоял на якоре напротив Свирского пляжа, ночью когда начался шторм он ушел в море. Об этом никто не знает. Его друзья и знакомые были в курсе плохого прогноза и Алекс говорил кому то, что пойдёт либо в Туапсе или будет как всегда болтаться на якоре. «Теперь меня наверное ищут и хуже всего, что могут подумать близкие!» Горе путешественник достал сотовый телефон, попробовал две имеющиеся у него сим карты, но ни на одной из них не было роуминга. «Упс!» В рундуке валялись сто с лишним русских рублей, а трофейную банкноту свернутую в трубочку достоинством в пять евро, которая попала на Астрид в Стокгольме и прошла через Белые Ночи… «Дима! Как ты мог так поступить! Неужели ты бесславно сдал ее в обменник?!» - взвыл капитан от досады.

Солнце было достаточно жарким и моряк выложил на палубу мокрые вещи. На камбузе теперь вместо курицы пах не свежий «дошерак» который угодил за печку во время шторма, когда Алекс пытался поесть. Капитан навел порядок, и приготовил уху из вчерашних рыбешек. К ухе был подан самогон в красивой шведской рюмке и настроение путешественника улучшилось. После обеда он поставил паруса и двинулся дальше на запад.

На следующий день Астрид бросила якорь на восточной стороне скалистого полуострова. За ним на материке располагался небольшой город название которого Алекс не знал, но он решил, что стоит обследовать местность. Полуостров прикрывал рейд от господствующих ветров с запада и это означало, что яхту можно оставить на якоре более или менее безопасно. «Самое время научиться обходится без денег: рыбалка и собирательство» - решил капитан и попробовал обойти на яхте полуостров вокруг закидывая спининг вслед за турецкими рыбаками. Но в этот раз клева не было. Тогда, на следующий день Алекс выбрался вплавь на берег с рюкзаком и пустой канистрой для воды. Обойдя красивый полуостров вокруг он узнал что город называется Синоп; набрал немного винограда и инжира, на рынке поднял с пола несколько луковиц, а в одном огороде достал помидор. Налив в канистру ключевой воды собиратель вернулся на берег и заночевал на бетонной крыше одинокого домика, дороги к которому не было и вероятно им пользовались рыбаки которые как и Алекс попадали сюда по морю.

Солнце клонилось к закату. Красивый пейзаж в море дополняла желтая яхта. Она мерно покачивалась на своем якоре как задремавший мустанг - разбуди его и он помчится туда, куда укажет ему ветер. «Вот она, свобода! – мечтательный Алекс делал небольшие глотки самогона и закусывал фруктами – Если не брать в расчет маленькие «но», то не все так плохо, во всяком случае, сейчас хорошо… очень хорошо».

Но на следующий день мир как будто перевернулся, капитана оглушили новости с «большой земли». Алекс снова пробовал дозвонится жене и чудо! Роуминг включился, кто то на том берегу догадался пополнить счет на телефоне.

-Привет, я в Турции.

-Алеша! Теперь тебе не стоит возвращаться в Россию лет пять. Ты знаешь что тут происходит?! У пограничников из за тебя большие проблемы. Еще говорят, что ты угнал яхту и к твоей матери приходил участковый с какой то распиской. Твой брат Женька очень за тебя беспокоится, он уже дал заявку в Новороссийск на проведение розыскной спасательной операции.

-Я сейчас позвоню ему, а ты передай всем и прежде всего моей маме что у меня все в порядке и… я не вернусь.

-Будь аккуратен и не пользуйся соц сетями, я знаю что тебя разыскивает ФСБ.

-Тогда наверное не следует разговаривать и по телефону. Все, целую пока и обнимай за меня сына.

«Слава богу, дедовского самогона осталось больше чем пресной воды» – подумал Алекс когда разговор закончился. Наступила ночь. В это время турецкие рыбаки выходят на промысел за какой то особенной рыбой. Вокруг Астрид снуют баркасы с необычайно высокими рубками, прожекторами и разноцветными мигалками. «Вот это квэст!» Рыбаки тралят крючки и светят в воду… «ищут, ищут и не могут найти, парня такого… как тебя зовут? Алеша? Нет, он остался на том берегу, мечтает и смотрит в горизонт. Яхтсмен одиночка, морской волк? Акела, большой серый волк-одиночка... кажется так было у Киплинга.»